ГлавнаяРегистрацияВход путь дарго
Джан дерхъав! Амру дерхъав!

Пятница, 02.10.2020, 00:12
  Мой Дагестан Приветствую Вас гость | RSS

 
 
Главная » Статьи » Адаты

Горские обычаи глазами студентов

news photoПри оценке современной морально-нравственной и культурной обстановки, сложившейся в молодежной среде Дагестана в наши так называемые демократические времена, многие педагоги и ученые республики твердо заявляют, что у нас в конце ХХ – начале  ХХI вв. исчезла веками выпестованная духовность, которой мы гордились всегда. Обычно она воспитывается сначала в семье, затем – в детском саду, потом в школе, в средних специальных и высших учебных заведениях. Однако, как показывает анализ, ни в одном из этих звеньев в настоящее время не проводится должная и эффективная воспитательная работа. Особенно  это  касается городов. Она пущена на самотек, ушла далеко от тех традиций, на которых раньше закалялись наши юноши и девушки.
Обратимся к сочинениям студентов 1-го курса факультета педагогики и психологии ДГПУ, где я вел занятия в прошедшем семестре.

Чупанова Маринэ из с. Маджалис Кайтагского района считает, что одной из устоявшихся местных традиций является забота джамаата и каждого маджалисца о формировании структуры и функций современной семьи. В селе трудовое воспитание дифференцированно. Мальчики-подростки пригоняют вечером скот, кормят и поят его, колют дрова, выполняют все трудовые процессы на приусадебных участках (перекопка, полив, посадка деревьев, уборка урожая и т.д.), помогают отцу. Девочки ходят за водой, выполняют разные поручения родителей, заменяют мать на время ее отсутствия, готовя еду всей семье, проверяют дневники младших сестер и братьев, помогают им в выполнении заданий и др. Девочки до самого замужества остаются на попечении матери, которая должна строго следить за их поведением. Недаром за неблаговидные поступки дочерей отец обвиняет, прежде всего, свою жену, ее упущения в воспитании ребенка.
Студентка А. Джамалутдинова из с. Кахиб Шамильского района пишет: «У нас принято здороваться с каждым встречным. Есть обычай, по которому прихода гостя ждут каждый день, и когда он появляется, хозяин обязан выйти ему навстречу, поприветствовать словами: «Добро пожаловать!».

Каждый приходящий на годекан знает свое место: старшие сидят на почетных местах, чуть дальше – женатые мужчины, затем – молодежь, еще дальше – подростки. Последние две группы внимательно слушают аксакалов, но ни в коем случае  не встревают в разговор или разгоревшийся спор и действуют в жизни так, как требуют местные обычаи и традиции.

Студентка З.Р. Суменова из сел. Муги Акушинского района отмечает, что традиции и обычаи семейной жизни формируются и закрепляются в зависимости от того, какой климат создан в ауле. Студентка заявляет: «Для мугинцев традиционны взаимоуважение младших и  старших, взаимопомощь и поддержка человека, попавшего в беду,  больных, одиноких, нуждающихся. Я с гордостью могу  сказать, что ни одного мугинца не найти в домах для престарелых и нет ни одного брошенного мугинского ребенка  в детском доме».

Содействие принципам гуманности, о чем говорила студентка, являлось одним из важнейших принципов аула, о чем ярко свидетельствует обычай «билхъа», позволявший помочь бедному сельчанину построить, как говорится, «крышу над головой». Люди, узнав о желании сельчанина  иметь собственное жилье, собирались всем миром и помогали ему не материально, а активным физическим трудом. В один день они заготавливали стройматериалы, затем возводили дом. В течение нескольких дней поднимали жилище.  Хозяевам полагалось всего лишь приготовить еду для участников «билхъа». Этот обычай взаимопомощи был распространен во многих аулах Дагестана: «булкъа» в кумыкских,  «мел» - в лезгинских районах и т.д.

В селении Кунды Лакского района, как пишет Милана Мамаева со слов бабушки, широко был развит обычай оказания помощи не только в строительстве дома, но и при сенокошении и жатве хлебов, во время свадеб и похорон и даже при сушке бараньих туш.

news photo Сплачиванию населения аула в одну большую семью, как пишут студенты, содействуют такие народные традиции, как проведение праздника первой борозды, праздника цветов, праздника сбора черешни и других. «Множество игр и развлечений, – делится Милана Мамаева, – были связаны с праздниками, среди которых наибольшей популярностью пользовался  «Инт дейдихьу» (начало весны) – праздник встречи нового календарного года, отмечающийся 21-22 марта и сопровождающийся рядом развлекательных действий. Особенно к нему готовятся дети. Найдя глину, они лепят множество глиняных шариков – «тIурщи», в которые втыкают с двух сторон стебельки бурьяна и засушивают. В ночь праздника ветки бурьяна поджигаются  и с помощью  специальной пращи  отправляются с возвышенного места в сторону селения. Впечатление удивительное. Разжигаются также костры, и все сельчане вплоть до глубоких стариков перепрыгивают через них, надеясь освободиться от грехов, болезней, невзгод и неприятностей провожаемого старого года. При исполнении ритуала произносят слова: «Большого урожая, зерна и трав, плодородия скота».

В старину в ритуал праздника входили обрядовые гадания девушек. Ночью под подушки клали корень травы дурмана, имеющий форму человеческого тела, грецкий орех и т.д., которые должны были ей навеять вещий сон, определявший ожидавшие в этом году события и свою судьбу. Из сдобного теста к празднику весны выпекали хлебцы в форме человека, животных, птиц. Они назывались по-лакски «барта», и лицевая их часть украшалась грецким орехом, изюмом. Хлебцы «барта» были объединительной и обязательной принадлежностью праздника. После соревнований по бегу тому, кто первым прибежит, дают большую «барту», остальным – маленькие.

Праздник первой борозды символизирует начало хозяйственного года, как бы открывает пашню для весеннего сева. До совершения обряда первого выхода плуга никто не имеет права начинать весеннюю пахоту. Считается, что урожай хлебов, обилие влаги для полей зависит от удачливого пахаря, проведшего первую борозду. Поэтому джамаат выбирал человека, известного «легкостью руки». Пахарь, одетый в овчинную шубу мехом наружу, с плугом, запряженным быками, выходит в сопровождении сельчан на оговоренный полевой участок и под градом комьев глины и снега, которыми его по обычаю осыпают мальчишки, проводит несколько борозд, после чего следует коллективное угощение сельчан мясом, хлебом и бузой на средства, собранные со всего аула. Праздник повсеместно сопровождается соревнованиями: скачками лошадей, бегом юношей, девушек и детей. Лошадь, занявшую первое место в скачках, девушки украшают шелковыми платками.
Широко празднуют «Яран сувар» (новый год) в Южном Дагестане. Он сопровождается разжиганием костров и препрыгиванием через них, весельем, танцами.

Как сообщает студентка И. Дадашева, в Сулейман-Стальском районе, по поверью, чтобы предотвратить какие-либо болезни, многие обвязывают запястья красной ниткой. Дети, прыгая через костры, громко кричат: «Сам  я вниз, а мои грехи вверх», ходят по селению с мешочками, собирая подарки.

В селении Кища Дахадаевского района, как пишет Хамис Шихшанатова, в Празднике первой борозды большая роль отводится специально приготовленному дереву, символизирующему будущий обильный урожай. На него вешают яблоки, груши, конфеты, пироги, яйца и прочие продукты. Устроители праздника несут вкусное дерево к месту проведения первой борозды. По дороге дети пытаются достать угощения, хотя прекрасно знают, что лакомства впоследствии все равно достанутся им.

Женщины аула пекут огромные бублики, которые во время проведения первой борозды навешиваются на рога волов, торжественно спускаются со склона горы.

Студентка М.Г. Кайтмазова, рассказывая об этом празднике, подчеркивает, что в Хунзахе «пахаря, как правило, не избирали и не назначали, если у него плохо росла борода. Считалось, что и посевы будут редкие. Главное внимание обращалось на температуру и влажность почвы. Наиболее старые и умудренные опытом люди определяли признаки на ощупь, разминая в руках комок земли». В Хунзахе отмечался и праздник цветения.

В селении Гергебиль, пишет студентка П.М.Мирзоева, «пахарь должен нести расходы по угощению участвующих в празднике, что бывает под силу только состоятельному мужчине. В случае неурожая или засухи вина возлагается на пахаря, и он должен отвечать перед джамаатом».

В селении Кули Кулинского района в День первой борозды местные мальчики поднимают на ближайшую гору старые покрышки автомобилей, поджигают их и отправляют вниз до самой реки.
Во многих аулах стали проводить День селения, на который возложена задача объединения всех сельчан в одну семью, определению ее важнейших задач по достижению высоких экономических показателей. В аулах широко празднуют Уразу-байрам, Курбан-байрам и др.

Студентка А. Гасанова из сел. Кирки Кайтагского района, где имеется всего лишь 80 хозяйств, сообщает с восторгом: «Бывают у нас свадьбы,  на которые собираются все сельчане как одна семья». Ей вторит Сайгибат Расулова из сел. Шамильское Шамильского района: «Парень и девушка знакомятся, становятся хорошими друзьями, и эта дружба со временем перерастает в любовь». Недалеко от этого селения находится сел. Уриб того же района, где, по сообщению Хажат Магомедовой, разворачивается огромная свадебная церемония. «Родители жениха сами ходят сватать, а иногда посылают почетного человека  просить руки избранницы. После получения согласия ее родителей начинается церемония обручения. Венчание молодых производит кадий. По общепринятому адату дагестанцев, по дороге в дом жениха молодежь преграждает путь свадебному кортежу, требуя выкуп. У входа в дом невесту встречает мать жениха. Поздно ночью близкие люди приводят жениха в комнату невесты и уходят по домам».

Несколько новых черт в горской свадьбе обнаруживает студентка Б. Сагидова из сел. Куба Лакского района: «Непосредственно перед свадьбой невеста подвергается недельному затворничеству, во время  которого она должна находиться в обществе подруг. При выходе из родительского дома и входе в дом жениха перед свадебной процессией  жгут костры. Перед домом жениха расстилается ковёр, по которому невеста входит в дом».

Кумычка Альбина Тулпарова, родовые корни которой берут своё начало в Бабаюртовском районе, затронула проблемы брака соотечественников в XIX – начале XX веков. Она пишет: «Заключение брака, личные  и имущественные отношения супругов, развод, опека, порядок раздела наследственного имущества у народов Дагестана строго определялись нормами шариата. Ислам и адаты во всём ущемляли интересы женщины, ставили её в рабскую зависимость от мужчины как в семье, так и в обществе.

Бытовали у кумыков (да и у других народностей), хотя и редко, левират и сорорат, т.е. женитьба на вдове брата или сестре умершей жены, чтобы не осиротить детей брата и не потерять своих детей. Были также нередки «обменные браки», когда семья брала девушку из другой семьи и, в свою очередь, обязательно отдавала свою дочь за брата взятой девушки.

Непременным условием надёжности брака всегда было экономическое равенство сторон. Если кто из бедняков женился на дочери представителя высшего сословия, то он должен был во всём подчиняться жене и её родным. Женщина из бедного сословия, вышедшая замуж за богатого, терпела упрёки, ругань, унижения. К сожалению, такие уродливые явления бытуют в нашей жизни и сегодня.

Сватовство окружалось тайной и осуществлялось в самом узком кругу. Считалось, что не в любой день недели можно начинать сватовство. По обычаям, нельзя было возвращаться с дороги, когда шли сватать. Боясь не только соседей, посторонних лиц, но и «нечистой силы», сваты предпочитали идти в дом родителей невесты вечером, не по обычной дороге. Сваты не должны были притрагиваться к поданному угощению, пока не получат положительного ответа». 

Как отмечает П.О. Алиева, в сел. Леваши невеста раньше шла к дому своего жениха в окружении подруг, через всё село пешком, позже стали её возить на повозке, запряжённой быками. Ныне в ходу автомашины. Если в первый день свадьбы жители селения одаривают новобрачную подарками и деньгами, то на следующий день невеста обязательно должна приготовить хинкал и угостить всех, кто пришёл на свадьбу.

При рождении ребёнка мать девушки преподносила ей люльку-качалку, своей дочери платье и рубашку зятю. Ныне малышке вместо люльки дарят кроватку, дочери вместо платья – золотое украшение, зятю вместо рубашки – костюм.

А махачкалинка  Анастасия Никольская восхищается горскими адатами: «Только сохраняя и постоянно приумножая духовное наследие людей, можно с уверенностью смотреть в будущее».
Во всяком случае обычай руководит всеми людьми, в большей или меньшей степени, на всех ступенях культуры… Обычай является регулятором жизни, умеряющим произвол отдельных лиц в интересах общины.


Автор Д. Ахмедов, профессор Даггоспедуниверситета


РИА Дагестан

Категория: Адаты | Добавил: дарго_магомед (23.05.2009)
Просмотров: 3824 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
 
 
Форма входа


Категории раздела
Адаты [29]
Властные структуры [10]
Города и села [35]
Даргинский язык [34]
Имена Дарго [76]
Ислам [34]
История и география [94]
Кухня [14]
Литература [53]
Население [9]
Научно-популярное [91]

Поиск

Наш опрос
Включить в список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО
1. Лезгинка
2. Хинкал
3. Чуду
4. Кубачи
Всего ответов: 11

Статистика


Онлайн всего: 3
Гостей: 3
Пользователей: 0
 

 

Copyright MyCorp © 2020
Сайт создан в системе uCoz