ГлавнаяРегистрацияВход путь дарго
Джан дерхъав! Амру дерхъав!

Воскресенье, 16.05.2021, 15:48
  Мой Дагестан Приветствую Вас гость | RSS

 
 
Главная » Статьи » История и география

Тарихи Кызларкала
Кизляр — один из старейших среди нынешних городов Дагестана, торжественно отметивший в 1985 г. свое славное 250-летие. Он сыграл заметную роль в политической, торгово-экономической и культурной жизни всего Северо-Восточного Кавказа. Особенно его роль стала значительна после 1735 г., когда была построена Кизлярская крепость, служившая форпостом Российской империи на юге, у предгорий Кавказа. Однако во многом загадочная, но крайне интересная предыстория российской крепости на Тереке восходит к середине XVI в. Она, как показывают источники, неразрывно связана с предшественниками Кизлярской крепости — с Терским городком (крепость Терки) и Сулакской крепостью (Крепость Святого Креста). Недаром некоторые поздние авторы окрестили Терскую крепость «Старым Кизляром».

История многоязычного Кизляра привлекала внимание как многих ученых, краеведов, журналистов, так и литераторов. Ему посвящено немало научных и популярных книг, отдельных статей и очерков (Например: Гевит. Описание Кизляра; Павлов. Краткое обозрение; Хозяйственное описание, с. 440–451, 452–464; Окружной город Кизляр, с. 93–98; Шидловский. Записки, с. 161–208; Геворгян. Кизляр; Гриценко. Города, с. 84–113; Васильев. Загадка, с. 35–58; он же. Очерки; также серия статей краеведов Д. С. Васильева, В. Фоменко, Г. Зейналова, А. Давидова и других на страницах кизлярских районных газет «Рассвет» (1962–1964 гг.), «Кизлярская правда» (1958, 1971, 1984–1985 гг.).) — на русском, кумыкском, армянском, грузинском, персидском и других языках. Кизляр упоминается почти во всех путевых записках и трудах ученых и путешественников, побывавших на берегах буйного Терека. Он упоминается в ряде списков XVIII — начала XX в. широко распространенной дагестанской исторической хроники «Дербенд-наме». С этим городом связаны многие исторические события и в период установления Советской власти в [215] Притеречье. Кизляр — город-герой Гражданской войны (с 1921 г.) (История КПСС, с. 111.), город-орденоносец («Знак Почета», 1980 г.).

Интересно, что история Кизляра как часть истории Северо-Восточного Кавказа нашла свое письменное отражение уже вскоре после возведения русскими Кизлярской крепости. Так, инженер по своей основной специальности и историк, генерал-майор русской армии А. И. Ригельман (1720–1789), посетивший Кизляр по делам службы в 1757 г., будучи еще подпоручиком, создал труд под названием «Изъяснение о Кизлярской крепости» (Об этой рукописи см.: Бодянский. Историческое сведение, с. III, VI; Ригельман Александр Иванович, с. 181; Пыпин. История, т. 1, с. 130; т. 3, с. 113, 192; Ригельман. Летописное повествование, № 5, с. 8; № 9, с. 101.). Он содержит весьма интересные исторические сведения, но, к сожалению, остается до сих пор не опубликованным.

Одно из интересных сочинений о Кизляре написано в начале XX в. на кумыкском языке жителем этого города. Оно и служит предметом нашего рассмотрения: историческое повествование «Тарихи Кызларкала» кизлярца Абдулгусейна Ибрагимова (О нем см.: Акавов. А.-Г. Ибрагимов; Васильев. Загадка, с. 41; Алиев. «Аманхор» и его автор, с. 6–16; Акбиев. От рукописной книги, с. 22.), 1915–1916 гг.

При создании своего исторического романа под названием «Аманхор» (Текст издан С. М. Алиевым. См.: Ибрагимов. Аманхор, № 3, с. 14–61; № 1, с. 14–38; Ибрагимов-Кизлярский. Аманхор, с. 21–181. О романе см.: Алиев. «Аманхор»; Батырова. Первый кумыкский роман, с. 93–96; она же. Новый список, с. 74–75.) автор собрал довольно большой материал, часть которого и составила, собственно, историю Старого Кизляра (Абсияхкента) (Как сообщает автор сочинения, Старый Кизляр (Абсияхкент) известен в русских источниках и в исторической литературе под названием Терки или Терский городок.). В авторском предисловии А. Ибрагимов указывает основные источники, упоминает о том, что он написал в 1915 г. (Материал для своего труда А. Ибрагимов собирал в 1908–1915 гг. (см.: Алиев. «Аманхор» и его автор, с. 13).) рукописную книгу «Абсийах», а затем, в следующем году, значительно расширил и дополнил свою работу, использовав при этом материалы Арцишевского по истории Кизляра, персоязычную рукопись «Тарихи Кызлар» Али Керима-оглу, список с рукописи «Сийахат-наме» Мухаммедджана-эфенди Мустапа-оглу. Кроме того, как показывает текст произведения А. Ибрагимова, автор весьма широко пользовался устными преданиями и другим фольклорным материалом, даже художественной литературой, своими собственными наблюдениями для более полного [216] повествования о быте и историческом прошлом родного Кизляра и его жителей. Исследователи называют и некоторые другие источники А. Ибрагимова: книгу турецкого путешественника Эвлия Челеби «Сийахат-наме» (XVII в.), рукопись Сардара Муттасима на таджикском языке «История Абсиякента» (1734 г.) (Алиев. «Аманхор» и его автор, с. 12; Васильев. Загадка, с. 42 и др.) и пр.

Сочинение А. Ибрагимова по истории Кизляра известно нам в двух вариантах — раннем (1915 г.) и новом (1916 г.) (Третий вариант органически вплетается в ткань исторического романа А. Ибрагимова «Аманхор» (см.: Алиев. «Аманхор» и его автор, с. 13) и не может рассматриваться как историческое сочинение. В романе уже отсутствует подразделение на три части, которые имеются в первых вариантах.). Списки его встречаются главным образом среди кумыкского населения Северного Дагестана, выполненные как на аджаме (Аджам — в Дагестане: арабографическое письмо, приспособленное для записи текстов на каком-либо из неарабских языков. В данном случае речь идет о кумыкском письме арабской графикой, употреблявшемся официально до 1929 г.), так и в переложении текста на современный кумыкский шрифт. Во время археографических экспедиций ИИЯЛ и научно-поисковых командировок 1980–1983 гг. нами зафиксированы рукописи «Тарихи Кызларкала» и «Аманхор» в городах Хасавюрте, Кизляре, Махачкале, Каспийске, в селах Эндирей, Темираул, Чагаротар, Аксай, Терекли-Мектеб и др. (Оразаев. «Тарихи Кизляркала», с. 35–36.). При переводе сочинения на русский язык (Оразаев. Историческое сочинение, л. 1–37.) мы пользовались фотокопией с текста ранней редакции, находящейся в личной коллекции научного сотрудника Института ИЯЛ Дагестанского филиала АН СССР А. А. Исаева (Пользуемся случаем искренне поблагодарить А. А. Исаева за любезно предоставленную нам возможность ознакомиться с текстом раннего варианта «Тарихи Кызларкала» и осуществить его перевод на русский язык. В нашем распоряжении имеется фотокопия рукописи данного сочинения (нового варианта), переписанной уроженцем г. Кизляра В. С. Даурбековым в сел. Терекли-Мектеб.).

Ниже приводим наш перевод второго раздела из сочинения А. Ибрагимова, который назван в рукописи «Историей Абсийах-кента» (л. 18–32) (Здесь номера листов указываем по рукописи раннего варианта «Тарихи Кызларкала».), а также авторского «Предисловия» (л. 2–3). При этом нами опущены (Причин для этого несколько; главные из них следующие: второй раздел сочинения А. Ибрагимова наиболее интересен для историографии Дагестана; все три раздела сочинения в сюжетном отношении весьма мало связаны между собой (в особенности в его раннем варианте), и потому целесообразнее подвергнуть их отдельному рассмотрению.) два раздела: первый — «История вилайата [217] Татархана» (л. 4–18) и третий — «Повествование об Аманхоре и Дилбарханум».

«История Абсийахкента» подразделена ее автором на шесть небольших частей (бёлюк), каждая из которых снабжена отдельными названиями. Она начинается с рассказа о месте и роли Старого Кизляра (Абсияхкента) в феодальном владении Татархана; автор приводит сведения о происхождении его населения, подробно рассказывает о разных наименованиях этого населенного пункта и близлежащих деревень, о приезде в 1722 г. русского императора Петра I, имевшем большое влияние на судьбу Старого Кизляра; о дружественных отношениях и связях местного населения с русскими казаками и армянами; об основании нового Кизляра и внутренних распорядках Абсияхкента, о хозяйственной деятельности и некоторых обычаях его таджикского населения; приводит этимологии (в основном народные) некоторых топонимов и отдельных слов. Отметим, что материалы из труда А. Ибрагимова частично использованы кизлярским историком-краеведом Д. С. Васильевым в работах «Загадка старого Кизляра (Кизляр до 1735 года)», «Очерки истории низовьев Терека. Досоветский период», а также в ряде его газетных материалов краеведческого характера.

Оставляя более подробный источниковедческий анализ данного произведения для последующих исследований, ниже мы приводим, сообразуясь с характером настоящего сборника, русский перевод, снабженный более или менее краткими комментариями и примечаниями к переводу или только отсылками на соответствующую литературу. Нам не удалось, к сожалению, воспользоваться теми источниками, которые указаны в авторском «Предисловии» А. Ибрагимова. Возможно, что некоторые из упомянутых им материалов уже утрачены.

Следует здесь также отметить общее состояние малоизученности традиций исторического повествования и местной тюркоязычной историографии Северо-Восточного Кавказа. Необходимо критически рассматривать некоторые анахронизмы и неточности, встречающиеся в тексте этого источника, всегда имея в виду своеобразие авторской интерпретации исторических фактов и преданий (Оразаев. Историко-географические сведения, с. 130–131.). Тут, видимо, следует учитывать, что автор писал свое сочинение для народа (он и посвящает его джамаату, т. е. обществу своего родного города). Как отмечал в свое время востоковед В. Григорьев, «на Востоке, как и везде, простой народ не слишком заботился о [218] соблюдении верности в хронологии: события остаются в его памяти, но он легко позабывает о том, когда они случились» (Григорьев. О древних походах, с. 264.).

В данной же публикации мы сочли необходимым подвергнуть комментированию все основные неточности, замеченные нами в рассматриваемом тексте.

Перевод сочинения А. Ибрагимова на русский язык публикуется впервые.


Перевод

/л. 2/ Предисловие, которое написал в книге сам автор — Абдулхусейн Зайнулабид-оглы Ибрахимов из Кызларкалы (1).

Я, Ибрахимов, в 1915 году (2) писал книгу под названием «Абсийах» (3).

Будучи в 1916 году во Владикавказе (4), я решил, чтобы не проводить зимние дни целого месяца бесцельно, написать книжку об историческом прошлом жителей Кызларкалы, которая будет состоять из трех разделов:

1-й — История (тарих) вилайата Татархана и ее части (бёлюк);

2-й раздел (5) — История Абсийахкента и ее части;

3-й — Повествование (хабар) об Аманхоре и Дилбарханум и его части.

Материалы для [написания] этих трех разделов я брал из следующих источников:

1. Из рукописных материалов [личного] архива Арцишевского (В тексте: Артешевский.) (6) — пристава, [бывшего] члена городской управы Кызларкалы в 1882 году.

2. Из книги «Тарихи Кызлар», написанной на персидском языке в 1862 году рукою Али Керима-оглу (7) — отца Зайнулабида из Кызларкалы.

3. Из «Сийахат-наме», [написанной] в 1723 году хаджи-тарханцем (8) Мухаммедджаном-эфенди Мустапа-оглу (9). [Список этой книги], переписанный рукою Арсланова Балтен-эфенди (10) из Караногайа (11), я брал из его книжной коллекции (Букв.: «с его книжной полки».).

Бог даст, как закончу писать, посвящу [свою книгу] обществу (джамаат) Кызларкалы.

1916 год, месяц декабрь, 18-й день.

Владикавказ Терской области, гостиница «Европа», N 19. [219]

/л. 3/ Памятки для читателей: автор материалов Абдулхусейн Ибрахимов из Кызларкалы написал [их] 18.12.1916 [года] во Владикавказе. По происхождению [автор] был из таджиков (12).

/л.18/

Раздел второй. История Абсийахкента.

Часть 1. Абсийахкент-крупное селение в вилайате Татархана

Крупнейшим селением (кент) в вилайате Татархана (13) был Абсийахкент. Население Абсийахкента состояло из народа, вышедшего [первоначально] из территории Средней Азии (Орта Асийа) в Закавказье и [оттуда] прибывшего в ханство Ширван-Шемахи (14). Одна группа (табун) этого народа, переселяясь в разные места (15), в конце концов обосновалась в 1545 году (16) на берегу реки Терек. Место, где, остановился [этот народ], называли Абсийах.

В Абсийахкенте по пятницам бывал большой базар. Базарная площадь находилась на берегу Терека, на том месте, которое теперь, в наше время называют Кала-баш (17). По пятницам бывал большой базар также в Йахсае, то есть Ташгечиве (18), Хасавйурте (19). Торговцы часто ходили от базара к базару (20). Так как Хаджитархан был крупным центром торговли, купцы, которые часто ездили туда и оттуда, проезжали через Абсийахкент, находившийся на [их] пути. Русские торговцы называли Абсийахкент «Терским городком» (Териски гарадук) (21).

Люди Абсийахкента все были мусульмане, прибывшие. из Средней Азии (Орта Асийа), с [берегов] Амударьи [и] Сырдарьи (Сари Дарйа), — сарты (22), таджики, персы (иран халк). [Они] состояли в мазхабе (23) великого имама Шафия (24), /л. 19/ писали и общались на персидском (фарс) языке.

Название села заимствовано из персидского языка: от слов аб — «вода» и сийах — «черный», а в окумыкизированном виде [эти слова звучат] — кара сув (25). Так как кумукские торговцы из Таш-гечива имели оживленные сношения [с его жителями], [часто] разъезжая туда и обратно, персидское название Абсийахкента они превратили в Карасувкент (26).

Так как ташгечивские качаки (27) кроме того, что грабили дворы, имущество, скот, лошадей и притесняли жителей Абсийахкента, еще и пятнали честь их девушек и невест, то жители Абсийахкента, чтобы оградить себя от ташгечивских неприятелей и особенно чтобы уберечь [своих] девушек, в 1686 году построили [220] вокруг своего учреждения (идара) (Т. е. здания местного управления.) в крепостную стену (28) из черного кирпича. Говорят, длина крепостной стены составляла 41 игач (29), ширина — 22 игача, высота — 14 игачей.

Внутри крепости имелись административные здания и Соборная мечеть (Джума-масжид), тюрьма, баня, медресе и дом духовной культуры (маданийат уйу). В четырех углах крепости имелись четыре башни (минара), и на каждой из башен находилось по одному стражнику. Стражники, увидя подступающих извне качаков, сообщали в [местное] управление (идара). Управители же, известив сельское население, упрятав женщин и совершеннолетних девушек в крепости, уберегали их [таким образом] от качаков.

Жители близких от Абсийахкента русских казачьих станиц, после того как была построена эта крепостная стена, не называли его Абсийахкентом, а именовали Девичьей крепостью (В тексте: Девечи кирефист.). [Таким образом], на языках разных торговцев и путников Абсийахкент имел четыре названия: 1. Абсийахкент; 2. Терский городок; 3. Карасув-кент; 4. Девичья крепость.

В вилайате Татархана в зависимости от Абсийахкента находились по ту сторону Терека /л. 20/ четыре маленьких села: Сесадпул, Нуржахан, Йамантилли, Ортатилли. Сесадпулкент мы теперь называем Сасоплу. Официальное (Букв.: «основное, главное».) название этого села [теперь] — Александровский (30). Название Сесадпул — из персидского языка: сэ — «три», сад — «сто», пул — «деньги серебряные».

Обитатели этого села — русские — жили очень бедно. Когда они [однажды] направили воду для полива своих земель под посевы озимых хлебов, вода затопила дороги, и они не смогли доставить в Абсийахкент собранный йасак (31), который на них был наложен в виде быков и крупных лошадей, для [последующего] отправления во дворец правителя (хансарай). Татархан, обдумав их бедственное состояние, издал новый указ (32): взимать [с них] 300 серебряных акче (33) вместо [прежнего] йасака. По этой причине название Александровского в речи жителей Абсийахкента стало — Сесадпул. [Это] название, данное [ему] людьми Абсийахкента 250 лет назад (34), существует и поныне в простонародной речи. Если его жителей (т. е. сесадпульцев) спросят: «Почему ваше село прозвали Сесадпулом?» — то те отвечают: «Не знаем, еще со времен наших предков называют так».

Находит свое объяснение и название Нуржаханкент. Однако ныне не видно [остатков этого села] за рекой Терек. Но по сю же сторону Терека, в районе Кызларкалы, и по сей день имеется [221] хутор с названием Нуржаханкютюр (35). Некоторые люди называют [Нуржаханкент] также Нуржаханкютюр. Бог знает, [но] я не знаю, возможно, что Нуржаханкент когда-то находился по ту сторону Терека, а впоследствии переместился на эту сторону.

/л. 21/ О том, что ташгечивские качаки умыкнули в поле одну [девушку по имени] Нуржахан и ее нашли повешенной на дереве в окрестностях Байрамаликента (36), вкратце упомянуто в первом разделе [нашего сочинения] — в повествовании о Татархане.

Теперь расскажем об истории Байрамаликента [подробно], о том, почему назвали [селение] Нуржаханкентом и как погибла [Нуржахан].

В Абсийахкенте проживал сарт по имени Байрамали. [Однажды] он вместе со своими сородичами и членами семьи вышел на пустое (т. е. незасеянное) поле. На том поле [он с ними] сеял рис, пшеницу (37), ячмень, а также [выращивал] марену. Увидев их, другие тоже прибыли сюда, расположились, и [тут] образовалось село, которое назвали Байрамаликентом.

А после того как Нуржахан, дочку Казима, умыкнули ташгечивские качаки и убили ее, повесив на ветке дубового дерева в окрестностях Байрамаликента, [селение] Байрамаликент переименовали в Нуржаханкент.

А случай с Нуржахан происходил так. Когда отец Нуржахан Казим вместе со своей женой уходил работать в сад, он наказал своей дочери Нуржахан: «Сегодня острижешь овец». Нуржахан, взяв с собою острые ножницы, согнала овец на поле и стала [их] стричь.

Меж тем некоторые из качаков, возвращавшихся из Абсийахкента после угона [оттуда] скота, увидели ее там и направили своих коней в сторону Нуржахан. Она быстро накинула чадру (38) на голову, накрыла ею свое лицо и спрятала ножницы. Трое из качаков сошли с коней, схватили Нуржахан, открыли ей лицо. /л. 22/ Один из качаков, которому она понравилась, сказал: «Я возьму ее себе в жены», — забрал с собой, посадив ее позади [себя] на коня и не обращая внимания на ее вопли. Качаки остановились ночью в Байрамаликенте, находящемся на их пути.

Когда тот качак, который забрал Нуржахан как жену, хотел в другой комнате насильно запятнать ее честь, Нуржахан тайком от качака вытащила те свои [спрятанные] ножницы и отрезала ими его яичко вместе с мошонкой. Качак, потерявший свое мужское качество, начал кричать, орать, и его товарищи, собравшись [и] зайдя в ту комнату, увидели случившееся...

Быстро погрузив на арбу [тело] того качака, один из товарищей увез его в Ташгечив. А оставшиеся [качаки] набросились на [222] Нуржахан, задушили ее при помощи веревки; они повесили ее на ветви дубового дерева в окрестностях Байрамаликента и ушли.

Это случилось в 1686 году. В том же году была построена крепость (39) [в Абсийахкенте]. На следующий день люди, вышедшие по тревоге, — жители Абсийахкента, которые нашли повешенную Нуржахан погибшей в Байрамаликенте, — назвали [это село] Нуржаханкентом.

Селения Йамантилли, Ортатилли мы называем [теперь] иначе: Йаман-тен (40), Орта-тен (41). Качаки, которые приходили из Ташгечива, проезжали через места, где ныне расположены Качалай-кутан (42) и Караузек (43). А после того как жители Абсийахкента стали выставлять стражу [в тех местах], качаки, изменив свой [прежний] путь, совершали свои нападения на Абсийахкент через станицы Дубовская и Бороздинка (44), перейдя реку Терек.

Русские казаки, проживавшие в этих станицах, жили с людьми Абсийахкента как родные и друзья. Поэтому, как только они узнавали, что ташгечивские качаки переходят Терек, тотчас же извещали об этом [жителей] Абсийахкента. Казаки из Дубовской передавали известия в Бороздинку, которая находилась посередине [пути между Дубовской и Абсийахкентом]. /л. 23/ Поэтому ташгечивские качаки станицу Дубовскую прозвали Ортатилликент, а Бороздинку — Йамантилликент (45).

Часть 2. Повествование о пребывании царя Петра в Абсийахкенте

Царь Петр (46) вместе с многочисленным войском прибыл в 1722 году в Хаджитархан. Выйдя из Хаджитархана, он плыл по побережью Каспийского меря (Каспей денгиз), побывал в Таргу (47), Дербенте, подчинил себе беков и ханов в той стороне (48), строил в нескольких местах лагеря, [но], не продолжив свой поход далее Дербента, вернулся в Москву (49).

В 1723 году шах Ирана, подписав мирный договор (50) с царем Петром, передал находившиеся в его руках города Баку, Ширван, Ланкаран (51) и некоторые другие города Российскому государству, и их жители стали российскими подданными.

Часть 3. Повествование о том, как [село Абсийахкент] назвали Кызларкалой

Царь Петр прибыл в Абсийахкент (52) летом 1722 года. Вытащив из-за пазухи карту (То есть план местностей и рек; согласно тому плану он (т. е. царь Петр. — Г. О.) вел своих командиров и войско». — Авт. примеч. А. Ибрагимова.) (53), он спросил жителей Абсийахкента: «Как называется это село?» — «Это село Абсийахкент», — ответствовали [ему]. Царь спросил: «А далеко ли отсюда до Терского городка?» [223] Народ ответил: «Находящиеся поблизости русские люди называют его (т. е. Абсийахкент) Терским городком. А другого населенного пункта с названием Терский городок — нет».

Царь, посмотрев на свою карту, еще спросил: «Далеко ли отсюда до Карасувкента?» Люди ему отвечали: «Кумуки, находящиеся в сторону Эндирейа [и] Ташгечива, называют [наше село] Карасув. А иного села с названием Карасув — нет».

На карте царя название Абсийахкента было написано трояко. Царь, полагал, что на карте каждое [из названий показывает] разные /л. 24/ селения. Затем царь спросил: «Неужто у одного селения имеется три разных названия?» Жители Абсийахкента ответили: «Существует еще и четвертое название [нашего села]: казаки из соседних станиц называют его Девичьей крепостью» (В тексте: Девичи крифуст.). Тогда царь Петр рассмеялся.

Царь Петр пребывал в Абсийахкенте четыре дня. Пригласив казаков из соседних казачьих станиц, в Абсийахкенте устроил большие собрания.

После того как выяснил историю Абсийахкента, [населяющих его] людей, их происхождение, время основания села, построения крепостной стены, он посоветовал абсийахкентцам и приглашенным русским казакам впредь называть Абсийахкент именем Кызларкала (54) и стер со своей карты все другие названия Абсийахкента. После этого собрания народ устроил пир в честь царя Петра, [и затем он] ушел.

А еще царь Петр дал им слово построить в ближайшее время лагерь с целью ограждения их от грабежей ташгечивских качаков. Через небольшой промежуток времени после отбытия царя Петра, осенью 1722 года, генерал Маслов (55) привел 200 солдат (56) из лагеря, находившегося в Таргу, и, построив лагерь к югу от [старой] Кызларкалы, содержал там войска (57). После этого народ Абсийахкента был защищен от ташгечивских качаков.

Людям [старой] Кызларкалы, которые жили очень богато, занимаясь земледелием, наводнением [все] испортило, после большой прорвы 1725 года, когда Терек вышел из своих берегов. В том же году они переселились на место нынешней, новой Кызларкалы (58), построив там дома. Прежняя, старая Кызларкала — Абсийахкент, — по рассказам некоторых людей, находилась на берегу реки Таловки (59).

/л. 25/ В тот год, когда наводнением разрушило старую Кызларкалу, скончался царь Петр. [224]

[Таким образом], Абсийахкент, основанный в 1545 году, был разрушен наводнением в 1725 году, [просуществовав] 180 лет.

Часть 4. Краткое повествование о нынешней новой Кызларкале

В 1725 году, когда наводнением разрушило Абсийахкент (60), строится новая Кызларкала. Из-за того что прорва была очень сильная, люди старой Кызларкалы — Абсийахкента, жившие столь богато, не смогли взять что-либо из своего имущества, продовольствия, скарба [и лишь] с горем пополам еле спасли стариков, детей. [Прорва] реки поглотила все их силы.

Узнав о бедствии этого народа, [Российское] государство оказало некоторую помощь людям, прислав хлеба из [Крепости] Святого Креста (61). Кроме того, много помощи пришло от мусульманского населения Ташгечива, от находящихся на берегу Терека казачьих станиц, благополучно спасшихся от наводнения.

В 1726 году из Моздока (62) переселились в Кызларкалу четыре брата, самого старшего из которых звали Иналом. Этот Инал был очень богатым человеком, родом из Черкеса (63). Некоторые люди говорят, что Инал был из черкесских князей (бий). Инал помогал этим людям (64), предоставляя им деньги. С помощью его денег некоторые люди занялись торговлей, а некоторые жили потихоньку, занимаясь земледелием. А кто не мог заниматься ими, работал у Инала в качестве наемных работников (кул) (65). Инал отправлял их рыть каналы, чтобы пускать [по ним] воду из Терека, сеять хлеба, сажать виноградники и фруктовые сады. Канал, построенный [по указанию] Инала, до сего дня отмечен на картах как Инальская дача, и его называют еще Инал-татавул (66).

/л. 26/ Первыми жителями, основавшими новую Кызларкалу, были мусульмане (67). К ним подселились сначала армяне из Карабага (68). Позднее пришли и русские (69).

Мусульмане и армяне жили дружно между собой. Среди армян был один богатый господин (ага) по имени Казар. Казар оказал много помощи бедным мусульманам. Он вырыл еще один канал параллельно другому каналу, построенному ранее Иналом, и тот канал ныне называют Пул-Казар. Так как он построен на большие деньги армянского богача Казара, тот канал и по сей день называют: Пул-Казар-татавул (70). Жители Кызларкалы брали воду из тех каналов, они посеяли хлеба, посадили деревья, устроили виноградники и в течение короткого времени стали жить довольно богато. [225]

По рассказам [некоторых] людей, даже после постройки лагеря ташгечивские качаки не обходили (71) новую Кызларкалу. Говорят, Шамиль приходил (72) с войском в Кызларкалу. Хамзатхан (73) и Качак Осман (74) приходили сюда в 1908 году. А в 1910 году приходил Залимхан (75) и ограбил [здешнее] казначейство. То, что эндирейские и ташгечивские качаки ходили на Кызларкалу, подтверждается в отрывке из йыра о Дели Османе (76) из Йахсайа. Дели Осман, отправляясь [в ссылку] в Сибирь, пел так:

Пусть эндирейцы более не запираются на засовы,

Пусть кызларкалинцы [отныне] не присматривают за своими табунами...

Исходя из рассказов и тарихов новой и старой Кызларкалы, хочу написать несколько слов о состоянии народов нынешней Кызларкалы.

/л. 27/ Согласно тарихам, первоначальными здешними жителями были таджики. Это был народ гордый, очень дружный друг с другом.

[Ныне], в 1916 году, таджики имеют свою отдельную мечеть, которая называется Таджик-масжид, [а также] свое общество, которое называется: Таджикское общество (В тексте: Таджикский офшества.) (77), со своими отдельными метрическими книгами, печатью, штампом, и которое снискало уважение со стороны [городского] начальства. Однако [число] их с каждым годом уменьшается, их род не распространяется. Возможно, через сорок-пятьдесят лет вовсе исчезнет и само их название. Я тоже являюсь членом упомянутого общества таджиков.

Часть 5. Повествование об управленческой организации Абсийахкента в 1703 году

В конце 1600-х годов (78) придворный учитель русского царя Алексея Михайловича (В тексте: Аликсай Михайлуф.) (79) по имени Полоцкий (В тексте: Фолоски.) (80) открывал в Святом Кресте (81) училища (медресе) и школы (мактаб) для повышения знаний его населения в грамоте. Проводя собрания по вопросам обучения детей в русских казачьих станицах, [Полоцкий] приходил и в Абсийахкент и там также провел с народом собрание об обучении [детей]. После ухода господина Полоцкого [жители] Абсийахкента, совместно с [жителями] соседних русских казачьих станиц, изготовили кирпичи и построили в Абсийахкенте Дом [226] духовной культуры имени Полоцкого (В тексте: Духовна маданийат би-нами Фолоски.) (82). Там собирались учащиеся, по вечерам проводились занятия также на арабском и персидском языках.

Татархан знал, что по знаниям и культуре в его вилайате нет более передового села, чем село Абсийах. Также и в уплате йасака и во всяких [других] делах [его жители] бывали первыми. Поэтому /л. 28/ Татархан позволил им самим выбрать чиновников для управления Абсийахкентом. Хотя в селе Абсийах жили представители различных народностей, между ними была дружба.

Управленческое учреждение села Абсийах в 1703 году состояло из нижеперечисленных людей:

Мансурбек — председатель [сельского] управления, вазир (83) Татархана, по этнической принадлежности — таджик; Абдулхад — управитель казны (аминулмалик) (84), таджик; Казинасруллах — председатель суда (диван раиси), таджик; Абдассалам — начальник полиции (палисийа раиси), аравитянин; Газанфар — секретарь управления (идара катиби), перс (иран); Джаббари — начальник тюрьмы, перс; Мусайф-ага — мирушаб (85), перс; Махмуд-ага — миррузи (86), сарт; Рухуллах (87), сарт; Ахмадсейтар — духовное лицо (рухани) по арабскому языку, таджик; Мешмади Гаффар — духовное лицо (рухани) по персидскому языку, перс; Бабский (88) — учитель русского языка, русский казак.

Эти двенадцать человек — члены управления. А в других, маленьких селениях — Сесадпул, Нуржахан, Йамантилли, Ортатилли, которые находились в подчинении у Абсийахкента, — были свои управители (йузбашчы).

Жители Абсийахкента были мусульманами, которые крепко придерживались [своей религии]. [Некоторые] соседние русские казаки, принявшие мусульманскую религию, имели [с ними] брачные отношения — брали [у них в жены] девушек, выдавали [за абсийахкентцев] своих дочерей. Татархан, с целью прекратить брачные сношения [абсийахкентцев] с казаками, обложил особым йасаком голубоглазых, русоволосых детей, якобы имевших смешанную кровь (Букв.: «тело, плоть».) с русскими [казаками] (89).

/л. 29/ Люди Абсийахкента [были] смешаны в основном из пяти различных пород (джынс): таджиков, персов, арабов, сартов [и] русских [казаков]. Так как дети, имеющие смешанную кровь из нескольких (В тексте: «из пяти».) пород, бывают здоровыми (Букв.: «чистыми».) и их (т. е. абсийахкентцев) [227] женщины были стройными, ташгечивские качаки часто умыкали [их]. [Однако], не содержа в качестве жен, продавали их на базарах как рабынь.

Если полистать книги о русских терских казаках, написанные графом Львом Николаевичем Толстым (90), можно прочесть [в них еще] слова: «таджикские казаки».

Когда царь Петр в 1722 году посетил Абсийахкент, он обозначил (Букв.: «записал».) все население Абсийахкента как таджиков. И другие народы — персы (иран), арабы, сарты, тюрки — [также] называются (Букв.: «считаются») таджиками (91) и азиатами (асийа). А остальные — русские казаки — выделяют людей в помощь русскому царю для несения военной службы.

О том, что люди Абсийахкента, особенно их девушки, бывают очень красивыми и стройными, мы упоминали выше. К примеру, дочь судьи Абсийахкентского судебного управления Казинасруллаха — Дилбарханум, о которой мы будем писать впоследствии в третьем разделе (92), была отменной красавицей, имя которой не сходило с уст народа. Так как [абсийахкентские женщины] при мужчинах носили чадру, [о красоте Дилбарханум] знали лишь понаслышке от [ее подруг] девушек.

Часть 6. О занятиях и обычаях жителей Абсийахкента

Они занимались земледелием, садоводством и торговлей. Торговлей они занимались с начала осени и до весны. Торговцы ездили в Хаджитархан, Святой Крест, Узункала, то есть Прохладный, /л. 30/ Ягориский кирепост, то есть город Георгиевский (93), некоторые доходили [даже] до Киева, Москвы. Таким образом, мужчины уезжали осенью на торговлю, но с [наступлением] весны работали [в садах или в поле] (94).

Женщины занимались домашним хозяйством, хлебопечением и садовым хозяйством. Супруги никогда не ходили вместе на полевую работу. [Женщины] сушили фрукты, делали изюм (кишмиш) и готовили душаб (95) для своих мужей. А у кого было много виноградного сока, те продавали его в соседних казачьих станицах. Для собственного употребления [абсийахкентцы] изготовляли мусаллас (96).

О мусалласе. Мусаллас означает: вскипятить виноградный сок в котле, пока не испарится две трети и останется одна треть. Только в таком случае было дозволено (халал) пить. А если же не [228] испарить [две трети] — было запрещено (харам). Так как старшие религиозные отцы Абсийахкента приняли [такую] фетву (97), [люди] крепко придерживались догм (Букв.: «пути».) религии, не пили мусаллас, ибо после его употребления наступает опьянение (маст) (98). Однако молодежь во время ночных гуляний употребляла [мусаллас] тайком от стариков и старух. Больше всего мусаллас отвозили продавать в сторону Эндирейа и Ташгечива.

О душабе. Старшие духовные лица дали [такую] фетву насчет душаба (В тексте: душаф; должно быть: душаб.): если при кипячении виноградного сока (т. е. сусла) испарить шесть частей из семи, оставшуюся одну часть разрешалось [пить]. Абсийахкентские женщины приготовляли душаб таким образом. Днем они заготовляли виноградный сок, а вечером, вернувшись с садовых работ, заливали в котел семь ведер виноградного сока. [Так], в дневное время они ходили на работу, в сады, а ночью кипятили душаб. /л. 31/ Приходилось кипятить в течение двух ночей. Таким образом, не отрываясь от своей [дневной] работы, кипятили две ночи и [в результате] получали одно ведро чистого душаба из семи ведер сока.

[Слово] душаб — из персидско-таджикского языка. По-персидски до означает «две», а слово шаб (В тексте: шап; должно быть: шаб.) — «ночь». Из-за того что на кипячение уходило две ночи, [напиток] назвали — душаб. В нашем (99), кумукском языке обычно говорим: тушап.

В Абсийахкенте ежегодно отмечали четыре праздника (100). Один из них — весной, с наступлением весны, ураза-байрам, курбан-байрам, дважды проводили праздник семелек-байрам.

Один из них (т. е. семелек-байрамов) проводился весной (101), при наступлении весны, десятого марта — в день навруза (102). А второй — десятого декабря (103), в день наступления зимы. В день праздника высевали пшеничные семена, которые хранились [впрок] для весеннего посева в закромах. Из пшеничных семян, предназначавшихся для весеннего сева, в тот день приготовляли семелек (104) и раздавали друг другу. Веселились, называя [этот праздник] днем навруза.

[Праздник семелек-байрам], который приходился на декабрь, проводили после благополучного сбора весеннего и осеннего урожаев, окончания весенних [и осенних] работ, благополучно встретив наступающую зиму. В этот день — десятого декабря — приготовляли семелек из пшеницы, раздавали его в качестве садаки (105). Кумуки называют семелек обычно семене. Но это [слово] не [229] кумукское, а таджикско-персидское: по-персидски си значит «тридцать», а малак — «ангелы», то есть оно [в буквальном переводе] означает: «тридцать ангелов». [Говорят, что] к очагу, на котором был сварен семелек, то есть семене, с неба спускаются тридцать ангелов, [которые] приветствуют хозяина дома и молятся [за него в знак благодарности]. Некоторые [люди], сварив семелек, раздают [его] на кладбищах (106).

О свадьбах и поминках в Абсийахкенте. Духовенство, согласно шариатским предписаниям, не разрешало проводить мучительные и дурные оплакивания (107) по умершему человеку. Дочь [и] невеста умершего человека, /л. 32/ сняв свою чадру, оплакивали его, выйдя во двор. Жена оплакивала так же. Абсийахкентские женщины причитали, упоминая [при этом] бога: «О Аллах! Я согласна на второй Судный день (кыйамат гюн). Но первого Судного дня — да не доведется мне увидеть никогда!» Первым Судным днем они считали [тот день, когда им приходилось] снять чадру перед глазами мужчин и [тем самым] показать свои обнаженные головы (Букв.: «косу-голову».). Женщины и мужчины проводили [траур оплакивания] в отдельности [друг от друга].

Отмечали третий, седьмой, сороковой [дни] и годовщину [со дня смерти] покойного (108).

Торжественные свадебные церемонии в Абсийахкенте происходили, как у кумукского народа, но имелись и некоторые отличия. *Не принято было (Букв.: «не существовало адата...») танцевать мужчинам вместе с женщинами и девушками. Каждая группа (109) веселилась отдельно. Торжество по случаю сватания девушки у нас (110) называют: белги той (111). А у них (112) же говорят: «свадьба, на которой отламывают нан (113)», [то есть] хлеб. Торжество, в день которого девушка уходила [из родительского дома в дом жениха], называли: никах той (114).

Сватание девушки у жителей Абсийах [кент] а происходило следующим образом. Духовенство дало такую фетву: после того как родители девушки и парня будут согласны на бракосочетание [своих детей], девушку показывали парню, а парня — девушке, и они должны были обменяться [друг с другом] рукопожатием. День их рукопожатия считался днем сватовства. Невесту уводили [в дом жениха] в ночь на пятницу. Жених [в первый раз] посещал свою невесту в ночь на воскресенье, ибо имелось в виду, что в воскресный день сотворен мир.

[На этом кончается второй раздел книги]. [230]



Источник: http://www.a-u-l.narod.ru/DIS_Tarihi_Kyzlarkala.html
Категория: История и география | Добавил: дарго_магомед (10.07.2011)
Просмотров: 1654 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
 
 
Форма входа


Категории раздела
Адаты [30]
Властные структуры [10]
Города и села [35]
Даргинский язык [36]
Имена Дарго [76]
Ислам [34]
История и география [94]
Кухня [14]
Литература [53]
Население [9]
Научно-популярное [93]

Поиск

Наш опрос
"Даргинцы" П.Кагировой - гимн дарго
1. согласен
2. нет
3. не знаю
4. есть другая
5. нужно немного подправить слова
6. Гимн на слова Абдуллаева Магомедзапира
Всего ответов: 181

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
 

 

Copyright MyCorp © 2021
Сайт создан в системе uCoz